Самым реалистичным решением в Сирии является демократический конфедерализм – ХАККИ ТЕКИН

Новая эра началась в Сирии с падением режима Баас 8 декабря. Сейчас в качестве первого шага предпринимаются усилия по прекращению гражданской войны в Сирии и превращению этого процесса в установление постоянного мира с всеобъемлющим прекращением огня. После того, как этот процесс достигнет результатов, состоятся всесторонние дискуссии о новом сирийском государстве и правительстве и, следовательно, о том, каким должен быть его политический и социальный режим.

В нынешнем сирийском уравнении турецкое государство и поддерживаемые им джихадистские и салафитские группировки не имеют будущего, которое они могли бы предложить Сирии и региону из-за своего менталитета. Их присутствие в Сирии будет означать не что иное, как хаос и разрушения. Понятно, что они перейдут на шариат с монистическим, централистским системным подходом в такой мультикультурной и мультиконфессиональной стране, как Сирия. Хотя международная обстановка на данный момент не позволяет этому случиться, их менталитет только работает на это. Политический ислам и Братья мусульмане не пришли к демократическому менталитету, но они могут быть прагматичными. Таким образом, для ХТШ важно лишь то, чтобы добиться своего. Понятно, что такой менталитет и ситуация станут большой катастрофой не только для сирийского народа, но и для человечества Ближнего Востока и всего мира. В то время как Сирия изо всех сил пытается избавиться от диктатуры, она сталкивается с опасностью диктаторской модели десятков джихадистских организаций, больших и малых. Таким образом, даже несмотря на то, что диктатор Баас пал, в настоящее время в Сирии существует большой разрыв. Это жизненно важная совместная дискуссия и модель политической системы. Это показывает, насколько важной будет демократическая, экологическая, женская освободительная парадигма. Сирийское общество похоже на модель всего Ближнего Востока. Система, которая здесь будет развиваться, окажет существенное положительное или отрицательное влияние на возможные процессы на всем Ближнем Востоке.

Во время режима Баас повестка дня дискуссий, таких как повышение чувствительности государства к демократии и возможный процесс решения, имела другую цель. Но сейчас мы живем в совершенно другую эпоху. Текущий процесс – это поиск новой системы. Старый поиск решений и требований, были заменены полным обсуждением и созданием новой модели политической и социальной системы всей Сирии. Прежде всего, обсуждая поиск решения в существующей политической системе и поиск новой политической модели, необходимо понимать разницу между этими двумя вопросами. Потому что все еще существует презумпция того, что режим и национальное государство работают. Неправильно подходить к этому с ожиданием, что все решено и теперь мы должны требовать свои права. Страна на блюдечке  с голубой каёмочкой было вручено джихадистским и салафитским элементам. Наоборот, они хотят украсть революционный процесс, развивавшийся при сопротивлении народа. Люди не должны этого допускать. Поэтому именно народ и его всесторонняя борьба придадут силу и суть новой модели политической и социальной системы в Сирии. Прежде всего, шаг по формированию стиля сирийского управления и стремлению к сирийской администрации с большими амбициями должен быть сделан решительно.

Моделью политического управления, наиболее подходящей для социологической и политической структуры Сирии, является модель демократического конфедерализма, основанная на демократической автономии и федеративной системе. Это модель, наиболее подходящая для многоструктурной структуры Сирии. Эта модель была реализована на севере и востоке Сирии в самые критические и тяжёлые периоды и, несмотря на все бандитские и турецкие атаки, стала самым стабильным районом в регионе. Поэтому системная модель и менталитет Северной и Восточной Сирии, которые были успешно реализованы и получили признание социал-демократии, должны быть перенесены в модель политического управления всей Сирии. Именно этот менталитет и парадигма должны руководить мультиэтническим обществом Сирии. В частности, курдский и арабский народы, армяне, ассирийцы, черкесы, друзы, алевиты, езиды, армяне, христиане, сунниты и туркмены, люди разных верований и культур, а также женщины объединяются вокруг общего демократического культурного менталитета и распространяют его по всей Сирии. Создание сада демократии сталкивается с обязанностями по его созданию. Существует возможность объединить людей вокруг этой парадигмы, чтобы обратиться ко всему сирийскому обществу. Линия джихада и Братьев мусульман, горящая нынешним стремлением к власти, находится в меньшинстве, у них нет управленческих способностей, менталитета, социального воображения и видения, и у них есть потенциал привести к новому хаотическому, конфликтному процессу. Более того, все члены ХТШ, пришедшие к власти, известны как остатки ИГИЛ, и, как ни странно, большинство из них являются выпускниками турецких университетов. Многие из тех, кто пришел в министерство и администрацию, имеют турецкое, узбекское, китайское и уйгурское происхождение. Члены международных джихадистских организаций буквально замаскированы под государство. Это делается на виду у всего мира. Такого примера еще никогда не было. Похоже, что дискурс «сирийцы правят Сирией», который у всех на слуху, был всеми принят на веру. Суть в том, что все это доказывает, какую роль сыграло турецкое фашистское правительство. Это следует особо подчеркнуть. По этой причине необходимость и срочность создания демократической автономии до сирийской администрации очевидна. С другой стороны, мы находимся на самом критическом этапе войны. Понятно, куда повернут женоненавистники, получившие аттестаты об окончании турецких университетов. Для этого необходимо быть готовым к большому сопротивлению во всех смыслах. Не должно быть ни шага назад от подготовки сопротивления и Революционной народной войны. Необходимо вести как войну сопротивления, так и борьбу за демократический конфедеративный проект, который освободит Сирию. Поэтому, поскольку демократическая автономия отныне является основным двигателем демократизации Сирии, эта форма понимания также должна быть перенесена в стиль управления государством и за нее следует вести борьбу.

Наиболее реалистичным решение  политической системы Сирии является модель демократической конфедеративной системы. Изучив 13-летний опыт основного революционного процесса в Северной и Восточной Сирии, а также демократические модели, развивающиеся в мире, появилась возможность разработать новую модель, специфичную для Сирии. Также необходимо извлечь выгоду из опыта, накопленного в моделе демократического конфедерализма. Потому что общественная и демографическая структура Сирии, обусловленная ее географией, этнической принадлежностью и плюралистической структурой, сделала этот опыт ценным для изучения во всем мире. Например, страны со многими этническими группами, такие как Бельгия, Испания, Канада, Индонезия и Босния и Герцеговина, управляются моделями федеративных систем. Такие страны, как Германия, США, Бразилия и Австрия, представляют собой формы правления, сложившиеся на основе географических границ федерации и автономий. Странами, где в рамках этнической и географической целостности сложились объединяющие, федеративные системы, являются Швейцария, Испания, Канада, Китай и Индия. Эти страны предложили более инклюзивные модели управления, учитывающие этническую принадлежность, убеждения и географические факторы.

Опыт различных моделей основывается на географии, этнической принадлежности, убеждениях и культурных особенностях федерации или автономии. Кроме того, во многих странах помимо федеративной системы существуют государства, а в государственных системах имеется несколько федеративных структур. Это замечательно. Объединив этот опыт и опыт с моделью демократического конфедерализма, можно разработать уникальную модель сирийского демократического конфедерализма. Эта модель станет примером синергии и новаторством в новом ближневосточном процессе. Если эта модель будет хорошо объяснена международному сообществу, можно будет получить поддержку. Модель, которую мы предлагаем, может быть более привлекательной, чем джихадистский и салафитский подход к управлению. Подобно тому, как Рожава сформировала Северную и Восточную Сирию посредством борьбы против джихадистского и радикального исламистского менталитета, сегодня модель демократического конфедерализма может превратиться в модель управления всей Сирией против государственных образований с джихадистским менталитетом. Если не сегодня, то когда? Нельзя откладывать это на потом, надо начинать воплощать эту модель в Сирии уже сейчас.

В.К.

ANHA