Будущее Хасаке между соглашением от 29 января и новыми административными преобразованиями

После соглашения, подписанного 29 января 2026 года между Силами Демократической Сирии (СДС) и временным правительством Сирии при посредничестве США и Франции, официально начался процесс «демократической интеграции» между Дамаском и Автономной администрацией.

Соглашение вступило в силу 2 февраля 2026 года. Однако за прошедшие пять месяцев его реализация продвигалась медленно из-за сохраняющегося недоверия между сторонами, продолжающихся политических разногласий и институциональных препятствий, которые по-прежнему сопровождают переговорный процесс.

Несмотря на это, контакты между сторонами не прекращались, а обсуждения продолжались по различным направлениям. Однако некоторые недавние шаги временного правительства вызвали новую волну дискуссий относительно их соответствия соглашению от 29 января, особенно в вопросе административного устройства провинции Хасаке. Использование термина «арабские районы» открыло новую дискуссию о политической и демографической конфигурации региона.

Статус курдских районов в соглашении от 29 января

Одним из ключевых положений соглашения было сохранение особой административной и социальной структуры районов с курдским большинством в Северной и Восточной Сирии. Следуя соглашению, интеграция Сил Демократической Сирии, институтов Автономной администрации и государственных структур Сирии должна была осуществляться по модели «демократической интеграции».

Статус провинции Хасаке был одним из наиболее чувствительных аспектов соглашения. Согласно его положениям, регион должен был сохранить свою институциональную структуру и местную курдскую идентичность, а существующие административные, экономические и социальные структуры не должны были подвергаться прямому вмешательству. Африн и Кобани были определены как административные единицы, связанные с провинцией Алеппо, тогда как Гре Спи (Тель Абьяд) был отнесён к провинции Ракка.

Провинция Хасаке включает множество городов и районов, среди которых Серекание, Камышло, Дербасия, Амуде, Дерик, Гирке Лаге, Чил Аха, Тирбе Спи, Тель Темир, Шаддади, Хасаке, Аль-Холь, Тель Кочер и другие. Наиболее значительная концентрация арабского населения наблюдается в районах Шаддади, Тель Барак, Тель Хамис, Тель Кочер и Аль-Холь. Тем не менее исторически все эти территории входили в административную структуру провинции Хасаке.

Термин «арабские районы» и новые административные дискуссии

Участившееся в последние месяцы использование некоторыми кругами временного правительства термина «арабские районы» усилило обсуждения возможности предоставления отдельным территориям внутри провинции Хасаке особого административного статуса.

Это породило предположения о том, что такие районы, как Шаддади, Тель Барак, Тель Хамис, Тель Кочер и Аль-Холь, могут быть выделены в самостоятельную административную единицу под названием «арабские районы». Подобные перспективы вызвали обеспокоенность относительно возможного разрушения единой административной структуры, предусмотренной соглашением от 29 января.

Основные возражения связаны с тем, что такой подход рассматривается не просто как административная мера, а как возможное начало процесса, способного ослабить географическое и политическое единство районов с курдским большинством населения. Поэтому многие сирийцы считают этот вопрос стратегическим и выходящим далеко за рамки простого изменения административных границ.

Возвращается ли политика «арабского пояса»?

Эти дискуссии также связаны с политикой «арабского пояса», проводившейся во времена партии Баас. Начатая в 1960-х годах политика была направлена на создание демографического пояса вдоль северных и восточных границ Сирии путём расселения арабского населения в районах с преимущественно курдским населением. Это привело к серьёзным демографическим изменениям, последствия которых ощущаются в регионе до сих пор.

Некоторые наблюдатели считают, что нынешние разговоры об «арабских районах» представляют собой современную версию этой политики. По их мнению, любые новые административные разделения, особенно на севере и востоке провинции Хасаке, могут подорвать административную целостность курдских территорий.

В этом контексте спор выходит за рамки административных границ и затрагивает вопросы политического представительства, общественного баланса и будущей модели управления курдскими регионами.

Назначение Зияда аль-Аяша и связь с Дейр эз-Зором

Одним из заметных событий стало назначение Зияда аль-Аяша, которому было поручено курировать реализацию соглашения от 29 января, губернатором Дейр эз-Зора.

Аль-Аяш известен своими тесными связями с арабскими племенами, особенно в восточной Сирии, где он создал широкую сеть отношений с племенными структурами. Поэтому его назначение не рассматривается как обычное кадровое решение.

Согласно некоторым оценкам, этот шаг может повысить вероятность того, что районы Хасаке с арабским большинством населения в будущем будут связаны с административной структурой, центром которой станет Дейр эз-Зор, что вновь оживило дискуссии о политике «арабского пояса».

Дискуссия вокруг Хасаке и Шаддади

Особое внимание также привлекли встречи президентской группы в Шаддади с представителями племён, политических партий, независимыми общественными деятелями и другими местными структурами.

Участие политических представителей в этих встречах показало, что процесс выходит за рамки обычных местных консультаций. Создание прямых каналов связи между центральным правительством и Шаддади вызвало вопросы о возможности формирования альтернативного административного центра.

Хотя официальных заявлений о передаче полномочий от провинции Хасаке не поступало, происходящие на местах события усилили предположения о том, что процесс интеграции может двигаться в сторону новой модели административной координации.

Процесс между интеграцией и соперничеством

В совокупности эти события отражают трудности, сопровождающие интеграцию институтов Автономной администрации с государственными структурами Сирии в рамках соглашения от 29 января, особенно на фоне продолжающихся разногласий по вопросам местного управления и будущего отдельных районов провинции Хасаке.

Наблюдатели считают, что дискуссия о перестройке административной структуры провинции уже вышла за пределы чисто административных вопросов и превратилась в часть более широкого обсуждения будущего курдских регионов Сирии и характера политических и административных механизмов, которые будут определять следующий этап развития страны.

(В. С.)

ANHA