О чём рассказали свидетели… Освобождение Менбиджа, шаг за шагом (3)

ДЖУМА МУХАММАД – ШИЛЯН МУХАММАД / МЕНБИДЖ

Боевики т.н. ИГИЛ вели войну внутри города, опираясь на три главные составляющие: снайперы, минирование и машины, начинённые взравчаткой. Главнокомандующий формированиями "Шамс Аш-Шамаль", Агид Ахмад, говорит, что такой стиль ведения войны особенно активно применялся боевиками на территории микрорайона Аль-Хезван.

В начале своего рассказа Ахмад так вспоминает начало боёв в микрорайоне: "Атаки боевиков с помощью начинённых взрывчаткой автомобилей против отдельных групп наших бойцов стали повторяться ежедневно. Иногда мы успешно развивали наступление, а взрыв происходил в арьергарде наших сил. Массовые разрушения в этом микрорайоне были произведены именно тогда. Боевики взрывали дома, и закладывая мины на нашем пути, и оставляя припаркованными начинённые взрывчаткой машины. 70% разрушений в Аль-Хезване произошли в результате взрывов мин.

Боец формирований "Шамс Аш-Шамаль", Дабур Менбидж, участвующий в боях за Аль-Хезван, свидетельствует, что это были самые жестокие столкновения. "После 25-ти дней боёв и столкновений мы вошли в микрорайон Аль-Хезван. Первые 10 дней мы столкнулись с огромными трудностями. Много раз наши бойцы попадали в засады игиловцев, гибли наши товарищи. На какое-то время нам пришлось отступить."

Дабур Менбидж продолжает: "Микрорайон Аль-Хезван – самый большой по площади. Освободив его, можно было бы говорить о взятии всего города. На стороне т.н. ИГИЛ здесь воевали только чужеземцы. Находя их тела, мы понимали это. Войдя в район, мы закрепились в трёх точках. При попытке обустроить четвёртую, мы нарвались на засаду. Здесь погибли 13 наших товарищей, мы вынуждены были отойти назад. Помощь авиации была незначительной, т.к. боевики чаще всего прятались на верхних этажах зданий или крышах, а мы находились внизу."

Дабур рассказал, что Менбидж был воротами в Европу для боевиков, поэтому они яростно отстаивали его. Тем более, что большинство из них были иностранцами, попавшими в Сирию через Турцию.

Наиважнейшая и трудная задача – вывести гражданское население

Боевики не позволили гражданскому населению покинуть город, используя его в качестве живого щита. Это осложнило задачу бойцам Военного Совета Менбиджа, т.к. они понимали, что спасение жизней жителей города крайне важно. Это стало причиной более медленного развития наступления Внутри города находились тысячи мирных граждан.

В микрорайоне Аль-Хезван боевики согнали всех жителей в центральную его часть и приготовились к ведению открытых боевых действий. Некоторым из заложников удалось вырваться из рук боевиков и пробраться в освобождённые районы.

Агид Ахмад вспоминает страшный день, когда боевики устроили массовое убийство мирных людей. " Когда мы приблизились к дороге, ведущей к центральному базару города, группа удерживаемых боевиками жителей бросилась в сторону наших позиций. В то же время игиловские снайперы взяли их в свой прицел, убив прямой наводкой 9 человек. Остальные остались на линии фронта, засев в укрытии. После окончания боя за школу "Аль-Караме" люди получили возможность взять тела погибших."

Агид Ахмад вспоминает о дне, когда были освобождены 3 тысячи 500 мирных граждан. Он рассказывает: "Мы сами – дети Менбиджа, поэтому мы постоянно поддерживали связь с жителями города. Однажды мне позвонил мой друг. Он сообщил, что в районе базара для продажи скота собралась большая группа жителей. Я связался со штабом и доложил ситуацию. Эти люди оказались зажатыми на территории между нашими силами и боевиками ИГИЛ, не имея возможности пошевелиться. Командование отдало приказ об освобождении граждан именно мне, потому что я лично знал многих из них. Я находился относительно недалеко.  В результате проведённой операции, нам удалось обеспечить выход людей . Многих перевозили на машинах. Я лично встречал их. Позже мы узнали, что вывели более 3.500 мирных жителей."

Агид Ахмад говорит: "Всё это время боевики ИГИЛ вели интенсивный огонь в нашу сторону. Приходилось рассеивать людей по территории, укладывать на землю. Один раз взорвалась заложенная ранее мина, ранив, к счастью, только одного человека. По нам вели снайперский огонь сразу с нескольких сторон. Хорошо, что район, куда мы вошли за гражданскими, был плохо просматриваемым для игиловских снайперов. Они сомневались, что там ещё находятся мирные жители. Через три часа боевики пустили в нашу сторону заминированную машину и взорвали её. Ни один из граждан не пострадал, т.к. мы старались обеспечить им хорошее прикрытие. К сожалению, трое наших бойцов получили ранения и один боец погиб в ходе операции."

Как и планировалось, нам удалось освободить всех жителей и отвести из района столкновений. Во многом это стало возможным, благодаря прямой телефонной связи с гражданами города.

Агид Ахмад обратил внимание на то, что к этому времени численность формирований "Шамс Аш-Шамаль" составляла 250 человек, и внутри города находились их родные и близкие. С ними поддерживалась постоянная телефонная связь, что и помогло с их освобождением.

Боец Фахед – об окружении

Боец формирований "Шамс Аш-Шамаль", Фахед Аль-Лабида, после участия во взятии зернохранилищ города, со своими товарищами был переправлен в западные районы Менбиджа. Здание "Аль-Шархия" он брал вместе с пятью своими братьями по оружию. Ворвавшись внутрь, они наткнулись на яростное сопротивление боевиков. Фахед так вспоминает эти минуты: "После того, как мы вошли в здание, боевики обрушили на нас ураганный огонь. Пытаясь отвлечь нас, они сумели протолкнуть часть своих товарищей на верхние этажи. Мы уже были на втором, когда боевики повели огонь и с первого этажа. Они требовали от нас сдаться. Их было очень много. Они подожгли первый этаж и, после двухчасового боя, мы смогли вырваться из здания."

Аль-Сэрб – последний рубеж

К пятнице остался только один, не взятый, микрорайон – Аль-Сэрб. Боевики засели на трёх его улицах. Они собрали вокруг себя тысячи граждан, чтобы использовать, как свой щит.

Чтобы спасти жизни жителей, Военный Совет и Командование Сил Демократической Сирии не хотели проводить обычную военную операцию в этом районе. Она представляло бы огромную угрозу оставшимся жителям. Поэтому было принято решение выполнить требования боевиков, обеспечив им выход из города и открыв дорогу на Джараблус.

Фахед Аль-Лабида говорит, что он своим глазами видел, как выходили боевики и направлялись в сторону Джараблуса. " Каждый боевик выходил в окружении 10 мирных граждан, с ног до головы обвешанный гранатами и взрывчаткой. Очень хотелось освободить этот микрорайон до начала их бегства из города, но, поняв, что в заложниках остались наши граждане, мы вынуждены были остановиться."

Фахед помнит радость от освобождения города. Но, сразу после этого, бойцы приступили к разминированию территории, чтобы, как можно скорее, обеспечить возврат его жителей в свои дома.

Командир формирований "Шамс Аш-Шамаль", Агид Ахмад (боевое имя Агид Шамс Аш-Шамаль), так вспоминает последние моменты взятия города: "Я находился не на фронте микрорайона Аль-Серб, хотя мне очень хотелось присутствовать там и видеть момент окончательного освобождения Менбиджа. Узнал об этом по беспроводной связи."

Агид Ахмад рассказывает, что в это время он, вместе с бойцами Сил Демократической Сирии (QSD) встречал выходящих граждан: "Многие жители не верили, что мы – бойцы QSD. Они думали, что мы – боевики ИГИЛ, переодетые в форму наших сил. Тем более, что они не раз поступали так. В деревне Аль-Дадат, к северу от Менбиджа, боевики, переодетые в форму бойцов Сил Демократической Сирии, убили 16 мирных жителей. Один старик протянул свою руку и, потрогав мою бороду, сказал: "Не расти бороду больше, сынок". Женщины сжигали чёрные одежды, а некоторые мужчины, не имевшие возможности курить несколько лет, просили сигаретку у наших бойцов."

Агид Шамс Аш-Шамаль – о самых тяжёлых и горьких моментах

Агид Ахмад рассказал о самом тяжёлом и горьком моменте во время проведения операции по освобождению Менбиджа: "То, чего никогда не забыть, - потеря наших боевых товарищей: бойцов, командиров. Очень тяжело думать об уходе Фейсала Абу Лейла, который оказал огромное влияние на меня лично. В память о нём, выражая горечь утраты, в первый же день освобождения Менбиджа, мы подняли его портрет на площади Аль-Бата."

Брат Агида Шамс Аш-Шамаля, Мустафа Ахмад, через три дня после гибели Фейсала Абу Лейла, тоже пал смертью храбрых. Об этом Агид Ахмад говорит: "Перед его гибелью мы были обижены друг на друга. Помню, он пришёл ко мне и мы помирились. Потом я, встретившись с нашей мамой, поклялся ей, что в следующий раз обязательно привезу и брата. Я привёз его на другой день. Погибшего."

Агид с горечью рассказывает о гибели двух братьев, воевавших в его подразделениях : "Был убит наш боец, Исмаил. Я вовремя не оповестил его семью. А через 15 дней погиб его родной брат."

Город Менбидж и весь его регион были освобождены 12 Августа. Была закрыта чёрная страница его истории. С тех пор жители города живут свободно, в атмосфере демократии. Граждане организовали Самоуправление и обеспечивают безопасность и покой в городе.

(km)

ANHA