Конфликт интересов и противоречия в Тегеран. Усугубит ли альянс Астанинского формата трагедию сирийцев?

Завтра в Тегеране состоится саммит, на котором соберутся президент России Владимир Путин со своими коллегами, президентом Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом и иранским президентом Ибрагимом Раиси.

Заместитель министра иностранных дел России Михаил Богданов, как сообщает ТАСС, заявил: «Саммит станет очень важным событием. Позиция как наших иранских, так и турецких партнеров очень конструктивна».

Что будет вынесено на обсуждение?

Согласно заявлениям официальных лиц трех стран, обсуждение будет сосредоточено в первую очередь на сирийской проблеме, поскольку турецкие оккупационные СМИ сообщили, что Эрдоган сосредоточится на своих усилиях по началу новой агрессии против севера и востока Сирии.

В дополнение к турецким угрозам в отношении северной и восточной Сирии, есть нерешенные проблемы в Идлибе и вопрос российско-турецких договоренностей там. Россия и правительство Дамаска усилили свои бомбардировки региона, повторяя сценарий эскалации перед переговорами и завершение сделки за счет сирийского народа после них.

Эта встреча имеет большое значение как для России, так и для Ирана, она совпадает с визитом президента США Джо Байдена на Ближний Восток и разговорами об укреплении арабо-израильско-западного блока, что беспокоит как Москву, так и Тегеран. Это даже побудило советника по национальной безопасности США Джейка Салливана квалифицировать визит Путина как "серьезную угрозу".

Помимо обсуждения общих проблем этих стран, между этими тремя странами существуют и разногласия. К ним, в том числе, относится и колеблющаяся позиция Турции в отношении российского военного присутствия на территории Украины и конфликта России с коллективным Западом. Также сомнительны российская позиция в отношении иранского присутствия в Сирии и неспособность противостоять израильским ударам по иранским силам. Существует нерешенная проблема Идлиба и вопрос по позиции турецкого режима по отношению к правительству Дамаска наряду с усилиями турецких оккупантов по расширению своего влияния на сирийской территории.

Конфликт интересов.

Исследователь в области международных отношений Тарик Вехбе охарактеризовал эту встречу как «встречу для решения противоречий». Он добавил: «Объявление об этой встрече не было заранее запрограммировано, оно было сделано в контексте визита президента США Байдена на Ближний Восток. Самое главное, что президент Путин принял предложение о встрече от иранской дипломатической системы. Это произошло в рамках принципа “враг моего врага — мой друг”. Более того, у Путина может быть новый план выхода из украинского кризиса, и встреча по этому поводу может пройти как в Тегеране, так и в Анкаре».

Он продолжил: «Эта встреча проходит под лозунгом «переплетающиеся и противоречивые интересы». Россия стремится не допустить, чтобы Иран продавал свою нефть на Запад из-за западных санкций в отношении России. Существуют также проблемы вооружения и координации, и наиболее важным из этих вопросов является ирано-российское присутствие в Сирии и их вмешательство в вызов, брошенный Турцией, которая хочет подчинить себе Сирийские демократические силы».

Визит Байдена.

О графике встречи Вехбе сказал следующее: «Она будет увязана с результатами визита Байдена и всеми соглашениями, которые будут подписаны. Их содержание может быть негативным как для Ирана, так и для России. Фактор безопасности может сдвинуть эту встречу. На ней может произойти попытка создать, как обычно, союз в противовес Западу, но это будет тяжело, так как Россия погрязла в украинском конфликте, а Иран истощен экономически, политически и даже в военном отношении (после рассредоточения Стражей исламской революции в ряде арабских стран). Что касается Турции, то она является единственным бенефициаром текущих событий, и она пытается быть посредником украинском конфликте и извлечь выгоду из российско-иранского давления на северо-востоке Сирии. Однако она по-прежнему настороженно относится к американскому и западному присутствию в этом регионе и от нее можно ждать любых военных действий».

Вехбе продолжил: «Эта встреча будет посвящена конфронтации и спровоцирована визитом Байдена, поэтому может быть создан ирано-российский военный союз. Это усложнит проекты по нанесению удара по Ирану со стороны США или Израиля, что может негативно сказаться на ближневосточном военном союзе под американским и израильским руководством, поскольку большинство стран Ближнего Востока не хотят власти Израиля, и подталкивание его к лидерству вызовет негативную реакцию у арабских народов, которые устали от враждебного поведения Израиля».

Вехбе заявил: «Тегеранская встреча может принести разные результаты для тех, кто к ней призывает. Она является ответной реакцией и основана на внутреннем удушении политики ее участников и неспособности найти решения, чтобы выйти из-под всех санкций, которые их окружают. Ближайшие дни будут опасными и даже разрушительными для некоторых из них, поэтому мы все должны быть готовы к любым поворотам».

Важность сирийского вопроса.

Астанинский формат способствует продолжению черной трагедии для сирийцев с тремя действующими лицами (Россия, Турция и Иран). Они способствовали разрушению страны, переселению людей, но заявляют, что блюдут интересы сирийцев.

Сирийский политик и академик Самира Мубайед также рассказала о предстоящей встрече в Тегеране. Она заявила: «Война в Сирии по-прежнему является самым важным фактором влияния в регионе и в мире. Она связана с вопросами, имеющими большое значение для России, Турции и Ирана: украинский вопрос, иранское ядерное досье и многие внутренние проблемы Турции, такие как проблема беженцев, курдская проблема и так далее. По этим причинам я думаю, что Сирия займет важное место в дискуссиях, учитывая, что каждая из этих стран стремится продвигать свои интересы с помощью оружия как со стороны режима, так и со стороны оппозиции. К сожалению, эти дискуссии проходят в отсутствие какой-либо сирийской силы, способной представить предложения, гарантирующие безопасность и стабильность будущего Сирии и сирийцев».

Турецкие интересы.

Эти страны (Россия, Турция и Иран) провели встречу в Астане с 23 по 24 января 2017 г. для обсуждения сирийского кризиса без присутствия главных жертв кризиса. Однако обсуждения и их результаты имели четкие цели и стали продолжением русско-турецких договоренностей.

В последовательных раундах преобладал стиль сделок и политических обсуждений, каждому раунду Астанинского формата предшествовала эскалация на местах. Победитель выкладывал свои результаты на стол переговоров и все заканчивалось переделом влияния в сирийских регионах.

Астанинский формат не предоставил сирийцам какие-либо решения их кризиса, а скорее усугублял его. В время четвертого раунда, состоявшегося в мае 2017 года, было решено восстановить контроль правительственных сил Дамаска над значительными участками сирийской территории. Это произошло после того, как они не смогли при поддержке России и Ирана добиться этого путем боевых действий.

Согласно соглашению о «деэскалации», которое затрагивало четыре региона, группы наемников, связанные с турецкой оккупацией, по приказу последней прекращали боевые действия на всех фронтах, когда правительственные силы атаковали данные регионы при поддержке России, которая должна была “способствовать урегулированию”. Это привело к переброске наемников и их семей в районы, оккупированные Турцией на севере Сирии.

Эта политика применялась в сельской местности Дамаска, Хомса и Алеппо, которые контролировались силами Дамаска. В свою очередь, Турция оккупировала Африн, Сареканию и Гире Спи.

Что касается угроз против северной и восточной Сирии, Самира Мубайед сказала следующее: «Турция разыгрывает карту военной эскалации как постоянный фактор давления на сирийские территории и использует ее для получения дополнительных выгод. Она стремится к расширения своей гегемонии над сирийскими территориями, но ее предложения не получили отклика сторон, участвовавших в Астане, по многим причинам. Важнейшей из них являются усилия остальных стран, в свою очередь, по расширению своего военного влияния. Также эти предложения не получили международного отклика из-за проявления состояния беззакония, отсутствия безопасности и стабильности, сложившихся в районах контроля оппозиции, связанной с Турцией. Это также произошло на фоне опасения дальнейшего ухудшения безопасности и эскалации поляризации и военной напряженности среди различных экстремистских группировок на севере Сирии».

Она продолжила: "Эти страны стремятся заключить сделку и разработать механизм для раздела сирийской территории и распределения своего военного, политического и идеологического влияния внутри нее. Это катастрофический сценарий, который превратит Сирию в многополярную территорию и выжженную землю, чьи ресурсы и люди будут контролироваться иностранными правительствами. Такая сделка не может состояться, пока Сирия отвергает ее».

Она отметила: «Хотя правительства де-факто, представляющие сирийский режим и оппозицию, а также те, кто связан с этими странами и доминирует на сирийских территориях, они сегодня все равно стремятся переработать старую систему в регионе. Однако они сталкиваются с явным массовым неприятием и вынуждены сохранять существующую военно-репрессивную ситуацию, поэтому невозможно достичь политической сделки вне рамок действий, направленных на радикальные политические изменения в Сирии и во всем регионе».

Попытка возродить старую систему.

Самира Мубайед оценила роль Астанинского формата на данном этапе. Она сказала следующее: «Роль этого трио может быть сокращена при достижении ими своих интересов. Это произойдет, в первую очередь, путем воспроизведения старой, устаревшей системы, системы идеологического конфликта на военном, религиозном и национальном уровнях. Это система, доказавшая свою неспособность поддерживать безопасность и стабильность на местном и международном уровнях. Она привела к порождению экстремизма и базировалась на ущемлении мирного населения, уничтожении сирийского разнообразия и недопущении прогресса и возрождения Сирии. Поэтому мы должны придерживаться нейтрализации Сирии в этих конфликтах и не допустить ее затягивания на этот путь. Мы должны стремиться к достижению независимости и суверенитета сирийцев и действовать в соответствии с тем, что гарантирует условия устойчивости на фоне огромных проблем, стоящих перед регионом, таких как глобальное повышение температуры, пандемии и другие проблемы. Таким образом, требуется уделения первостепенного внимания безопасности и стабильности для гражданского населения».

А.Г.

ANHA