Гидо Штайнберг: «Турция потерпит поражение в конфликте, бушующем на сирийской земле»

Гидо Штайнберг, аналитик-ближневосточник немецкого Центра политических наук в Берлине, в своём интервью новостному агентству «Die Deutsche Welle» заявил, что предсказать, сколько именно продлиться действие режима прекращения огня, введённого по итогам прошедших в Москве 5 марта переговоров между президентом России Владимиром Путиным и его турецким коллегой Реджепом Тайипом Эрдоганом, в настоящее время совершенно не представляется возможным.

Он заметил, что и сирийское правительство во главе с Башаром аль-Асадом, и его союзники в Москве и Тегеране, едины во мнении относительно необходимости вернуть мятежную провинцию Идлиб под контроль центральных властей. В этой связи, в частности, им было отмечено следующее: «Всё, что мы сейчас наблюдаем, означает постепенную сдачу Турцией и её союзниками одной позиции за другой. Я полагаю, что очередная вспышка боевых действий произойдёт летом. Думаю, что продолжение крупномасштабной общевойсковой операции, начатой сирийскими властями в апреле 2019 года, приведёт, в конечном счёте, к победе проправительственных сил в указанной части страны».

Он не преминул также упомянуть в ходе разговора и о факторе новой коронавирусной инфекции, бушующей по всему миру и проникшей недавно на сирийскую территорию. По словам Гидо Штайнберга, эпидемия этого опасного инфекционного заболевания вряд ли сколь-нибудь существенным образом ударит по сирийским войскам, однако неизбежно катастрофическим образом отразиться на состоянии многочисленных беженцев, нашедших себе приют в палаточных лагерях в разных частях страны.

В ответ на вопрос корреспондента о возможности вмешательства Североатлантического альянса на стороне Турции с целью обеспечения защиты Идлиба и его окрестностей он высказал такое мнение: «Европейский союз в настоящее время готов лишь к гуманитарным миссиям, к организации различного рода поставок гуманитарной помощи и прочим подобным акциям.

НАТО и ЕС не хотят вмешиваться в происходящее на территории Сирии, особенно, на фоне последствий эпидемии COVID-19. Кроме того, ни для кого не секрет, что на протяжении последних нескольких лет Турция активным образом сотрудничала с различными экстремистскими бандформированиями, в том числе и с т.н. “Хейят Тахрир аш-Шам”, являющейся доминирующей силой в Идлибе. Её основу, следует напомнить, составляют боевики “Джабхат ан-Нусра”. Запад не будет принимать участие в конфликте на стороне подобных группировок и джихадистов, которые сейчас лишь усугубляют и без того бедственное положение простых сирийцев».

Он добавил: «“Хейят Тахрир аш-Шам” официально внесена в списки террористических группировок как на уровне ООН, так и на уровне отдельных стран, включая и саму Германию, по вполне очевидным причинным. Попытки таких группировок установить свой полный контроль над Идлибом и содействием им со стороны Турции лишь затягивают страдания сирийского народа. Конечно, именно Башар аль-Асад несёт наибольшую ответственность за начало гражданской войны в Сирии. На нём же лежит ответственность и за большую часть жертв и военных преступлений. Однако победить в этом противостоянии у антиправительственных сил сейчас никакой возможности уже нет, не будет её и в дальнейшем.

В первые дни конфликта “Свободная Сирийская Армия” продемонстрировала, как необходимо вести себя в подобной безнадёжной ситуации. Когда правительственные войска начали сосредотачиваться у занятых оппозицией кварталов города Хомс, командование ССА приняло решение отступить из города, опасаясь за жизни мирных жителей и стремясь не допустить превращения жилых районов в зону боевых действий. Именно так и следовало бы поступить сейчас. Но от Турции и лояльных ей фракций вооружённой сирийской оппозиции на нынешнем этапе подобного здравомыслия, к сожалению, ожидать никак не приходится».

Гидо Штайнберг в ходе интервью высказал и иное предположение: «Сейчас совершенно ясно, что режим Башара аль-Асада, в конечном счёте, восстановит контроль над этой провинцией. Поэтому неотвратимым образом встаёт вопрос дальнейшей участи боевиков разнообразных военизированных формирований. Я полагаю, что единственным вариантом для них является бегство в Турцию, которая сама в 2013 году поспособствовала победе экстремистов над борцами за установление в Сирии демократического режима. Таким образом, турецкому правительству следует начать готовиться к очередной волне беженцев. С учётом имеющихся сценариев, остановить её на сирийско-турецкой границе у Анкары не получится, большие массы людей в любом случае прорвутся на турецкую территорию. Единственным вопросом в этой связи является лишь то, откроет ли Турция, в конце концов, свою границу, или нет».

Что касается причин стремления Эрдогана удержать Идлиб, то этот вопрос Гидо Штайнберг прокомментировал следующим образом: «С 2015 года приоритеты турецкого руководства на сирийском направлении изменились. С тех пор важнейшей целью Анкары в Сирии стало подавление курдских “Отрядов Народной Самообороны” и образования вокруг них квазигосударственных структур. Правительство Эрдогана продолжает оказывать помощь радикалам, но не для того, чтобы привести их к власти во всей Сирии, а лишь для сохранения своего присутствия на сирийской территории и закрепления за собой места за столом переговоров, посвящённых урегулированию сирийского конфликта. Эта политика, несмотря на предопределённый исход гражданской войны в Сирии, и стала причиной катастрофы в Идлибе. Анкара вполне могла бы заставить боевиков сложить оружие и сдаться сирийскому правительству, но она не хочет этого, она стремиться сохранить остатки своего влияния на процессы, протекающие в Сирии и вокруг неё, хотя в самом конфликте она уже проиграла».

Н.К.

ANHA