Авторы «Индекса цензуры»: «Журналисты в зоне влияния Турции подвергаются постоянному запугиванию и нехватке безопасности»

Отмечается, что работа на оккупированных турецкими войсками и их пособниками территориях Сирии сопряжена для журналистов с высоким уровнем опасности. Эти районы фактически закрыты для всех СМИ, кроме тех, что работают по разрешению Турции. Точно так же доступ закрыт и для различного рода местных и международных правозащитных организаций.

Представители Центра заявили: «Журналисты и активисты в указанных районах подвергаются многочисленным ограничениям и сильному давлению, вплоть до убийств, похищений и пыток».

Согласно изложенной в докладе информации, после нескольких лет продолжительных боевых действий северо-запад Сирии фактически оказался разделён между двумя основными силами: «Хейят Тахрир аш-Шам», группировкой, некогда являвшейся частью «Аль-Каиды», а ныне базирующейся в Идлибе и его окрестностях, и протурецкими формированиями, сосредоточенными в зоне проведения операции «Щит Евфрата». Каждая из сторон стремится контролировать потоки информации, выходящие с занятой ими территории, путём ограничения доступа в оккупированные ими города и сёла, многочисленных угроз в адрес журналистов и даже их похищения.

Один из фоторепортёров, работающий в северной Сирии и пожелавший остаться анонимным, сообщил «Индексу цензуры»: «Лидеры боевиков, пользующихся на самом деле поддержкой Анкары, в значительной степени ограничивают свободу печати».

После съёмок материалов в Африне собеседник Центра заявил, что он подвергся пыткам со стороны боевиков «Бригады Хамзы», контролирующих торговлю наркотиками в регионе и причастных к контрабанде товаров через границу между Турецкой республикой и северной Сирией.

Активист добавил в своём интервью: «Меня похитили прямо из дома, затолкали в машину и ударили по голове. Очнулся я уже со связанными руками в зиндане».

Поскольку он был журналистом, работавшим на иностранное новостное агентство, экстремисты допрашивали его с применением тех же самых варварских приёмов, которые использую спецслужбы режима Башара аль-Асада и с которыми он столкнулся ещё в 2012 году.

Фотограф продолжил: «Они угрожали убить меня и мою семью».

За время своего плена, длившегося около пяти недель, в тюрьму попало ещё несколько журналистов, а также некоторые другие лица. Интервьюируемый добавил: «Я слышал голоса и стоны других людей из числа узников тюрьмы, которых похитители подвергали пыткам».

Через какое-то время его отпустили без предъявления обвинений. Две недели понадобилось на то, чтобы окончательно восстановиться после ужасов плена и всего того, что ему пришлось пережить во время своего заточения. Сам он рассказал об этом следующее: «Они сказали мне, прежде чем отпустить, что разобьют мою камеру, если снова увидят, как я снимаю».

Несмотря на ужасные условия содержания, фоторепортёр заметил, что плен лишь укрепил его решимость и дальше продолжать свою работу.

Другой журналист, также отказавшийся от разглашения своих личных данных, поведал, что он поселился в Аль-Бабе со своей семьёй после бегства с юга Сирии в апреле 2018 года. Он заявил «Индексу цензуры»: «После прибытия на север Сирии ситуация была тяжёлой и полной опасностей, как со стороны боевиков, так и со стороны служб безопасности, которые, как и местные власти, не любят критическое освещение своей деятельности и деятельности своих спонсоров».

В начале февраля 2019 года, когда в городе вспыхнули протесты против коррупции среди местных властей, поддерживаемых Турцией, журналисты, освещавшие происходящее, столкнулись с прямыми угрозами в свой адрес.

Независимый журналист рассказал о том, как он спасся при покушении на его жизнь, последовавшем за угрозами в из-за распространения им новостей про демонстрации.

Он пояснил, что после начала протестов против коррупции он хотел провести интервью с новостными агентствами, работавшими над освещением этих событий. Однако когда он задал вопросы о негативном влиянии Турции на положение в Аль-Бабе в глазах демонстрантов, некоторые отказались от продолжения разговора, опасаясь наказания в случае ареста за неподобающее в глазах местных властей отношение к Анкаре.

В начале протестов с ним связался неизвестный, который предупредил журналиста, что «его работа подходит к концу». Это подтолкнуло его к тому, чтобы покинуть регион.

Н.К

ANHA