Малик Абу аль-Хайр: Ведутся дискуссии на сирийском и международном уровне для достижения политического решения

На сегодняшний день внимание многих обращено на провинцию Ас-Сувайда и на юг Сирии, где наблюдается постоянная угроза безопасности и военная напряженность. На фоне эскалации этой напряженности увеличилось количество людей, требующих внедрения модели самоуправления на юге Сирии.

Чтобы поговорить об этом, наше агентство провело интервью с генеральным секретарем сирийской партии “Алливау Сурия”, находящейся в Ас-Сувайде, Маликом Абу аль-Хайром.

Далее следует текст интервью:

- Какие причины побудили Вас создать эту партию и каковы ваши цели?

Мы воспользовались своим политическим правом, гарантированным конституцией, для создания политических партий после многих лет маргинализации. Мы сделали это для всего сирийского общества, а не только для Ас-Сувайды.

Мы создали партию под названием “Алливау Сурия” следуя единым национальным принципам, одним из которых является единство сирийской территории с упором на диалог между всеми сирийскими группами. Мы работаем над поиском политического решения посредством исследований вместе с сирийскими управленцами на местах, а также ведем обсуждения с региональными державами, которые доказали свою эффективность, чтобы найти решение существующей сирийской проблемы.

Для нас этот шаг очень важен, мы считаем его обязательно сделать не только в Ас-Сувайде, но и во всех сирийских регионах. Нужно активизировать политическую жизнь без изоляции, маргинализации и угрозы безопасности. Это те условия, которых власти не смогли добиться в течение многих лет. Сегодня официальные власти больше не могут управлять страной в одиночку, и ни одна сирийская сила в одиночку не способна делать это.

Управление посредством одобрения всех заинтересованных сторон является нашим первым предложением, которое мы сделали в Ас-Сувайде. Мы, по сути, первая политическая партия, зародившаяся в Ас-Сувайде, которая является отправной точкой в распространении деятельности на остальные сирийские провинции.

Мы не предлагаем самоуправление или федерализм. Все, что мы постулировали, это то, что форма правления, будь то автономная или федеральная администрация или даже расширенная децентрализованная администрация, должна получить одобрение со стороны всех сирийцев и стать результатом всеобщего сирийского национального диалога.

- Где вы осуществляете свою деятельность?

Мы активно работаем в нескольких местах. Самая бурная деятельность осуществляется на юге Сирии. Есть и другие провинции, в которых мы активно сотрудничаем с сирийскими местными властями в качестве партии. Мы сотрудничаем с сирийскими политическими деятелями, присутствующими в регионах страны или даже за пределами Сирии.

- Вернемся к началу сирийского кризиса. По Вашему мнению, какие причины привели к его возникновению и почему он до сих пор продолжается?

Вспышка сирийского кризиса стала естественным жизненным процессом. Мы говорим о Сирии 2011 года, стране, в которой деградация достигла высокого уровня во всех сферах: власти, экономике и многих других. Страна разваливалась на глазах, разруха и бедность достигли высокого уровня, было и сектантство, хотя оно было не так явно.

Среди множества факторов стоит отметить, что сфера безопасности стал абсолютно неустойчивой и так больше продолжаться не могло. Совокупность факторов привела к революции в ее мирной гражданской форме, которая была таковой в самом начале. Это была та форма, о которой мы мечтали для того, чтобы построить новое сирийское общество.

Эта революция отклонилась с первоначального курса с того момента, как люди взяли в руки оружие. Это было сделано по инициативе властей, революция была выведена из состояния гражданского и мирного состояния в состояния вооружения и насилия. Это хорошо известный факт. Все это происходило с молчаливого согласия мирового сообщества. В тот момент, когда народ стал вооруженным, он отклонился от своего курса. Начали действовать крупные партии, например, «Братья-мусульмане», которые способствовали вооружению своих сторонников, когда это им было выгодно. Процесс превратился из революции и свержения режима в процесс служения международным интересам разных сторон и это продолжается до сих пор.

- Как Вы оцениваете роль правительства официального Дамаска и так называемой оппозиции в сирийском конфликте?

Сегодня уже нельзя говорить о таких понятиях, как правительство официального Дамаска или сирийской оппозиции. И то и другое стало лишь формальностью. Дамаск является представителем России и Ирана, а оппозиция стала ширмой для турок и других несирийских сил. Оба лагеря не имеют четких решений кризиса и совершают нарушения в контролируемых ими областях.

С одной стороны, официальная власть совершала постыдные нарушения. С другой стороны, оппозиция, когда она захватывала районы на севере Сирии, такие как Африн и Идлиб, совершала еще более непростительные нарушения, производила множество арестов и закрывала рот всем неугодным.

- Военная сила, относящаяся к партии, носит название «Антитеррористическая сила». Как она была сформирована и каковы ее задачи?

Мы ясно дали понять, что силы по борьбе с терроризмом не связаны с партией, но что между нами существует координация. Мы скоординировались и объединились между собой, чтобы не повторить ошибку оппозиции, заключающуюся в том, что политический орган существует отдельно от военных сил.

Это выгодный симбиоз для одновременного контроля политических и военных действий. Мы отвечаем за политические, а они - за военные действия. Мы поставили ряд условий, в том числе отсутствие тюрем и центров содержания под стражей, чтобы не совершать тех нарушений, которые совершают другие.

Военные должны защищать те районы, в которых они присутствуют, и противостоять любым террористическим атакам. Угроза здесь исходит от ИГИЛ (Организация, запрещенная на территории РФ) и от других террористических группировок.

- Обсуждали ли Вы с крупными международными державами или другими сирийскими сторонами новый курс для решения сирийского кризиса?

Были проведены обсуждения с международными органами, а также с другими сирийскими сторонами. Эти переговоры продолжаются до сих пор для достижения приемлемого политического решения.

- Как Вы оцениваете недавнее заявление Асада о децентрализации и невозможности возвращения Сирии к тому состоянию, в котором она находилась до кризиса?

Децентрализация была предложена еще во время разработки конституции в Женеве, когда Асад уже не полностью контролировал Сирию.

Сирия уже не та, что была раньше, сирийские спецслужбы превратились в ополчение и находятся на одном уровне с другими ополченцами. Из различных сирийских регионов раздаются голоса о том, что каждый регион страны должен начать самостоятельное управление по-новому, без вмешательства центрального правительства, которое обеспечивало сирийцев только высоким уровнем разрушений во всех сферах. Потому это решение предлагает не только Башар Асад, оно зародилось в сирийских регионах.

- Как Вы относитесь к модели Автономной администрации?

Мы полагаем, что это отличный опыт, несмотря на все атаки СМИ, которым подвергается администрация. Для начала достаточно того факта, что она смогла победить одну из самых могущественных преступных организаций в мире.

Они (представители Автономной администрации) были и остаются единственными, кто борется с ИГИЛ ожесточено и непримиримо, и это важно. Что касается внутреннего управления, то, судя по тому, что мы слышим и видим из получаемых отчетов, мы можем сделать вывод, что регион находился в катастрофическом упадке и сегодня его строят, по сути, заново.

На мой взгляд, мы должны дать им осуществить их естественное право. Мы пережили десять лет войны и опасаемся, что впереди нас ждут еще десять лет, особенно после того, как к власти скорее всего придет Талибан (Организация, запрещенная на территории РФ).

Это проект, которому сирийцы должны дать время, чтобы он смог расти дальше. То, что администрация продемонстрировала до сих пор очень интересно. Важно, чтобы другие сирийские стороны смотрели на них с точки зрения извлечения полезных уроков, а не войны против них или враждебности. К сожалению, некоторые сирийские группировки пытаются помешать их работе. Например, сирийская оппозиция, которая оставила в покое Башара Асада и сосредоточила свое внимание на Автономной администрации.

Этот проект имеет право не торопиться, продемонстрировать свои достижения и развиваться дальше, несмотря на возникающие проблемы. Это нормально, потому что он находится только в начале своего пути.

Я считаю, что этот эксперимент успешен. Мы должны смотреть на него сначала как наблюдатели, а затем помощники и советники, и способствовать сотрудничеству всех заинтересованных.

- Вы стремитесь применить данный опыт в Ас-Сувайде, на юге Сирии или во всей стране?

Это решение принимает народ, и оно не может быть навязано, но мы с расширенной администрацией децентрализации стремимся к спасению от централизации власти, а также от того, что она принесла всей Сирии.

- Налажено ли сотрудничество между партией “Алливау Сурия”, а также другими силами в Ас-Сувайде и Автономной администрацией Северной и Восточной Сирии? Есть ли совместные планы необходимые, чтобы преодолеть застой в решении сирийского кризиса?

Безусловно, существует сотрудничество в политической сфере и осуществляются совместные действия по поиску грядущего политического решения для Сирии. Мы считаем их нашими партнерами. Они являются важными партнерами в поисках будущего политического решения кризиса в Сирии. В настоящее время идет процесс исследования, а его итоги могут быть объявлены во время конференции или другого мероприятия.

- Возможно ли сотрудничество между Силами Демократической Сирии и «Антитеррористическими силами» или другими военными группировками Ас-Сувайды в рамках обмена опытом?

Конечно, возможно и даже необходимо сотрудничество и обмен информацией наших антитеррористических сил, поскольку мы сражаемся вместе в районе Бадии. Сотрудничества в этом вопросе важно, потому что мы все боремся с одной и той же проблемой. Опасность существует во всей Бадии, которая простирается от Хомса до Ас-Сувайды. Таким образом, несомненно то, что существует обмен информацией между двумя сторонами.

- Вы следите за событиями в соседнем Дараа?

Дараа имеет полное право отвергать любое иранское присутствие. Для любого сирийца логично быть недовольным присутствием иранских войск на своей территории.

Сегодня в Дараа местные власти сделали четкое заявление, в котором осудили присутствие иранских спецслужб, которые не принесли в Сирию ничего, кроме разрушения, наркотиков и множества других плохих вещей.

Жители Дараа борются за свою землю и свое существование, как и любой другой сирийский регион, поэтому для нас естественно быть на их стороне и поддерживать  все их требования.

- Повлияют ли результаты этого конфликта в Дараа (в случае, если правительство официального Дамаска победит или проиграет) на ситуацию в Ас-Сувайде?

Нет такого исхода, который повлиял бы на Ас-Сувайду и юг Сирии, потому что официальный Дамаск в настоящее время не имеет собственной власти. Власть находится в руках России и доказательством этому служит то, что они участвуют в митингах в присутствии официальных лиц сирийской власти. Россияне отдают приказы сирийским офицерам, как если бы они были их солдатами.

Более правильным будет вопрос: если Россия решит разрядить обстановку в Дараа, хорошо ли это отразится на ситуации в Ас-Сувайде? Ответ положительный.

- Какое разрешение сирийского кризиса является наиболее подходящим после 10 лет конфликтов и появления различных форм правления в разных сирийских регионах? Достаточно ли мы обладаем информацией, чтобы знать лучшую модель?

Наиболее подходящим решением является установление расширенной децентрализация в качестве первого необходимого действия. У нас есть Автономная администрация, чье существование стало свершившимся фактом, и у нее есть самостоятельное мнение. В то же время многие сирийские земли находятся под турецким контролем. Процесс тюркификации продолжается.  День за днем сирийские оккупированные территории подвергаются колоссальному турецкому влиянию, среди них Африн и Идлиб.

Мы не можем знать, каков будет следующий шаг. На юге Сирии мы работаем над проектом расширенной децентрализованной администрации, и в то же время мы стремимся к достижению решения, которое устроило бы все сирийские стороны. Поэтому, на мой взгляд, мы сами не будем предлагать никакого решения. Решение будет представлено только после того, как мы, все сирийцы, сядем за один стол переговоров и предоставим общее решение, удовлетворяющее все стороны, с помощью которого мы можем начать все заново.

- Что Вы хотели бы сказать в конце своего выступления?

Мы очень надеемся на осведомленность сирийцев. Многие сирийцы знают, что мы стоим на пороге новой надвигающейся на Сирию войны с терроризмом, которая может длиться много лет. Террористы, которые не были уничтожены режимом, хотят отомстить сирийцам.

Сегодня у нас есть множество террористических организаций, подобных ИГИЛ и Джабхат ан-Нусра (Организация, запрещенная на территории РФ), которая много раз меняла свое название, но неизменно остается связанной с Аль-Каидой (Организация, запрещенная на территории РФ). У нас есть иранские наемники, которые занесены в списки террористов и практикуют совершение преступлений против сирийцев.

Мы должны знать, что наша следующая война будет затяжная война с терроризмом.

А.Г.

ANHA