«Отряды Народной Самообороны» (YPG) – наиболее приверженная ценностям гуманизма сила в Сирии

Во всех четырёх регионах оккупированного Курдистана, а равно и в эмиграции курдский народ страдал от притеснений в течение последних двух десятилетий XX века: против него плелись международные заговоры и интриги, он подвергался принудительному изгнания, его сёла сжигались, а за одну лишь принадлежность к нему убивали и бросали в тюрьмы. Всё это делалось для того, чтобы подавить революционное движение народа, который находился под гнётом тирании на протяжении века без перерывов.

На территории Роджавы корень притеснений крылся в соглашениях и договорённостях, подписанных с целью лишить местную курдскую общину своей идентичности, совей культуры и своей земли. Примером такой сделки можно назвать аданское соглашение от 1998 года, заключенное режимом Хафеза аль-Асада и турецкими властями. Он был направлен на реализацию националистических дискриминационных инициатив двух правительств, а равно и на обеспечение их экономических замыслов, предполагавших изгнание курдов со своих земель, что неизбежно привело бы к существенному подрыву их самосознания.

Подобные соглашения на практике выливались в бойни, преступления и подавление любых проявлений культурного и этнического самосознания курдов, что наглядно проявилось в ходе Восстания в Камышло в 2004 году. Инструмент подобной политики – стравливание народов, внесение раскола в местные сообщества и углубление пропасти между ними за счёт усиления националистических и ксенофобских настроений в массах. Это, по замыслам властей, позволило бы им взять регион под свой полный контроль, подорвать волю этноконфессиональных групп страны во всём их многообразии, а также лишить их всех материальных и психологических ресурсов, необходимых для самостоятельных действий.

Условия, поспособствовавшие провозглашению создания YPG в 2011 году

В 2011 году в Сирии началось массовое народное движение, ставшее продолжением и логическим развитием революций по всему Ближнему Востоку, в ходе которых массы поднялись против авторитарных коррумпированных политических режимов. Тогда курды восприняли эти события как «весну народов», направленную прямо против местных диктатур.

Сирийский народ восстал во имя свержения собственного правительства, однако тогда у оппозиционных сил не было ясной стратегии действий и даже общего понимания конечной степени изменений, которые предполагалось осуществить после ликвидации баасистского режима.

Ещё одним негативным фактором стало вмешательство Турции во внутренние дела стран региона и её поддержка в адрес местных отделений ассоциации «Братья-мусульмане» в Египте, Тунисе и Ливии. Анкара рассчитывала привести их к власти и сделать их мощной политической и военной силой в указанных странах. Всё это укладывалось в русло экспансионистских националистических планов, озвученных Партией Справедливости и Развития, правящей в Турции, и являющихся продолжением её неоосманского мировоззрения.

Курды прекрасно понимали все эти внутренние и внешние тенденции. С одной стороны, они поддерживали оппозицию в её борьбе против авторитарного националистического правительства Башара аль-Асада, с другой – их крайне не устраивал всё больший и больший протурецкий крен в деятельности антиправительственных сил. Что же оставалось делать курдам, на протяжении нескольких десятков лет страдавших больше, чем кто-либо ещё, от указанных стран?

Спасительным ответом стал проект «Демократической нации», провозглашённый движением «Демократическое Общество» (TEV-DEM) в Роджаве, который предполагал следование третьему пути, а именно, реформирование общественной системы и борьба за общее дело, несводимое к склокам и стремлению завладеть властными рычагами. Тем самым авторы концепции планировали реализовать чаяния всех народов страны обрести права и зажить справедливой и свободной жизнью в условиях равенства и мирного сосуществования. Средством реализации указанных планов называлось создание автономных администраций, каждая из которых в своей работе могла бы учитывать местную специфику.

Курдский проект давал реальную возможность положить конец кровопролитию и внешнему вмешательству. И хотя лишь малая часть сирийского народа с самого начала восприняла подобные построения, в первую очередь, сами курды, именно их территории, где реализовывались подобные идеи, и оставались наиболее стабильными и безопасными в ходе всего периода гражданского противостояния.

В результате усугубления кризиса и роста интенсивности боевых действий, вмешательства внешних сил и укрепления террористических группировок у курдов не оставалось иного варианта, кроме как занять оборонительную политическую позицию, несмотря на скудность доступных ресурсов. Следствием этого стало провозглашение создания «Отрядов Народной Самообороны» (YPG) в 2011 году для вооружённой защиты занятого народами сирийского Северо-Востока «Третьего пути». А по этому пути на тот момент, следует отметить, пошли около 4 миллионов жителей Роджавы и других северо-восточных территорий. Силы YPG развернули свою деятельность на обширной территории от Африна до Кобани и Аль-Джазиры, а также в квартале Шейх-Максуд в городе Алеппо. Всё начиналось с небольших легковооружённых отрядов в отдельных городских кварталах и небольших сёлах, задачей которых было обеспечение порядка и безопасности в населённых пунктах и предотвращение их захлёстывания волной хаоса, охватившего остальную Сирию.

YPG: от небольшого народного ополчения в военную силу, известную по всему миру

Целью создания указанных формирований на основе практической реализации принципов, заложенных в концепцию демократической нации, было укрепление народного единства и рост сплочённости масс, поскольку никто не мог защитить граждан и их завоевания, кроме них самих. В основе идеологии «Отрядов Народной Самообороны» лежат ценности демократического общества, экологии и прав женщины, при этом не делается никаких различий по этническому,  половому, партийно-политическому или конфессиональному признаку – данные формирования обеспечивали защиту всем согражданам от любых внешних угроз в соответствии с законным правом на самооборону. Нужно подчеркнуть, что первоначально членство в YPG было добровольным.

В результате практической реализации данных принципов создаваемые военизированные формирования смогли привлечь в свои ряды многие и многие тысячи молодых людей и девушек со всей Роджавы, стремившихся отстоять свои ценности и продемонстрировать свою сплочённость. Силы YPG получали большую поддержку со стороны курдских и арабских племён, а также со стороны видных представителей езидской и христианской общин региона.

По мере роста количества женщин в рядах «Отрядов Народной Самообороны», 4 апреля 2013 года было объявлено о создании «Отрядов Женской Самообороны» (YPJ), которые были бы чисто женским формированием и которые действовали бы на самостоятельной основе. В своих внутренних делах они должны были руководствоваться выработанными ими же самими положениями и уставами.

Важные успехи за короткий срок

«Отряды Народной Самообороны» и «Отряды Женской Самообороны» за короткий срок продемонстрировали свою боеспособность на всей территории Роджавы. Им удалось освободить большинство городов и сёл региона от баасистского режима и от таких экстремистских формирований, как «Джабхат ан-Нусра» и «Ахрар-аш-Шам».

Они оказали жёсткое сопротивление как джихадистам ИГИЛ, так и протурецким группировкам т.н. «Сирийской национальной коалиции», сыграв тем самым ключевую рль в создании безопасной зоны, ставшей приютом для 5 миллионов жителей региона и беженцев из других районов страны. Все они предпочли Роджаву в связи с царившим здесь миром и порядком.

За 8 лет гражданской войны бойцы YPG и YPJ приняли участие в огромном количестве сражений, в том числе и под знамёнами «Сил Демократической Сирии» (QSD). Именно им удалось открыть крупнейший (и опаснейший) гуманитарный коридор в истории человечества, позволивший попавшим в ловушку езидам бежать из Шенгаля в Сирию и спастись тем самым от устроенного «Исламским Государством» геноцида. Около 300 тысяч мирных жителей перешли через сирийско-иракскую границу. В ходе операции по прикрытию отхода беженцев погибло как минимум 150 ополченцев из числа упомянутых военизированных формирований.

Нельзя не отметить и битву исторического масштаба за Кобани, ставшую иконой сопротивления для всего мира. Бойцы «Отрядов Народной Самообороны» и «Отрядов Женской Самообороны» смогли отбить натиск мирового террора в лице боевиков ИГИЛ, получавших прямую поддержку со стороны Турции. Битва длилась с 15 сентября 2014 года до июня 2015 года. В дальнейшем им удалось освободить от джихадистов южную часть Роджавы и многие другие районы на северо-востоке Сирии, включая Телль-Хамис, Телль-Брак, Аль-Джазау, Аль-Холь, Джабаль Казван, Саррин, Телль-Абьяд, Айн-Иссу, Манбидж, Ракку и восточную часть провинции Дейр-эз-Зор.

С 2014 года указанные силы координируют свои действия с международной коалицией по борьбе с ИГИЛ, став фактически её членами.

YPG – становой хребет QSD

Изначально, когда «Отряды Народной Самообороны» проходили этап своего становления, основу массу их бойцов составляли курды. Однако идеология «демократической нации» привела к быстрому росту количества представителей других этноконфессиональных групп в составе YPG и YPJ, которые объединялись по соответствующему признаку в полки. Данный процесс был подстёгнут освобождением всё новых и новых территорий от режима Башара аль-Асада и боевиков вооружённой оппозиции.

Структура данных формирований существенным образом отличается по своим принципам от структуры регулярной армии того или иного государства. YPG и YPJ формировались на общественных началах. Поэтому они демонстрировали готовность принять в свои ряды представителей всех слоёв и групп общества. На практике это выразилось во включении в указанные структуры различных арабских племён и ассирийцев. Первые создали племенное ополчение «Ас-Санадид», вторые же объединились в рамках «Ассирийской гвардии Аль-Хабура» и «Ассирийского Военного Совета».

Эта военная сила благодаря своим достижениям, своим принципам и своей структуре, стала надеждой для всех сирийцев. Поэтому уже в скором времени «Отряды Народной Самообороны» и «Отряды Женской Самообороны» выросли в нечто большее: 15 октября 2015 года они объединились с рядом других демократических оппозиционных сирийских сил и сформировали коалицию, получившую название «Силы Демократической Сирии».

Однако фундаментальные принципы и ценности оставались без изменений. И именно поэтому можно со всей уверенностью говорить, что YPG и YPJ стали становым хребтом QSD. Подобная идейная база, подобное наследие и подобный опыт обеспечили постоянный приток добровольцев в ряды вновь созданной коалиции, а также повысили её боеспособность, что позволило ей в дальнейшем стать надёжным заслоном на пути внешних угроз и тиранов.

Н.К.

ANHA