Как относится правительство Эрдогана к сирийским беженцам после того, как использовало их в своих целях в течение многих лет?

Сирийские беженцы в Турции подвергаются насилию и актам агрессии, которые вызваны с возрастающим чувством ненависти, дискриминацией и общей враждебностью со стороны турок. Как стратегия турецких сил во главе с Партией справедливости и развития Реджепа Тайипа Эрдогана способствовала подпитке этой дискриминации?

Как относится правительство Эрдогана к сирийским беженцам после того, как использовало их в своих целях в течение многих лет?
10 September, 2021   04:07
ПРЕСС – ЦЕНТР  - Яхья Аль-Хабиб

Сирийских беженцев больше не ждут в Турции из-за растущего к ним чувства ненависти и общей враждебности.

Недавние нападения и волны насилия, которые накрыли сирийцев в Турции, свидетельствуют и о растущем гневе турок по поводу полного открытия собственных границ для сирийских беженцев.

В то же самое время турецкие политические силы и партии, во главе с провластной Партией справедливости и развития, не упускали ни единой возможности использовать тему беженцев в своих интересах. Турция возлагает именно на сирийских беженцев ответственность за высокий уровень безработицы и ухудшение экономических условий.

Согласно утверждениям турок, в Турции проживает около 3,6 миллиона сирийских беженцев, а также более 300 000 человек из других стран.

Политика открытых дверей.

По этому поводу журналист и политический аналитик, являющийся специалистом по Турции, Саркис Кассарджан сказал следующее: «Турция с самого начала кризиса в Сирии следовала политике открытых дверей для беженцев. Она призывала сирийцев искать убежище именно в Турции. Она не стремилась позволять группам сирийцев, желающих перебраться в Европу через Турцию, осуществить свой план, о котором они мечтали с начала сирийского кризиса».

Он подчеркнул: «Границы были полностью открыты для въезда сирийских беженцев в Турцию и для въезда джихадистов в обратном направлении, в саму Сирию. Правдивость этого утверждения можно доказать фактом создания лагерей для беженцев с начала 2011 года, то есть с самого начала кризиса, в приграничных районах Газиантепа, Килиса и Искендеруна, которые Турция называет районом Хатай».

Использование политического и военного вмешательства.

Турецкое государство использовало проблему беженцев в своих интересах. Помимо миллиардов долларов, полученных из различных источников, правительство Эрдогана использовало данную проблему в качестве козырной карты в предвыборной кампании, а также использовало ее для улучшения имиджа Анкары за рубежом. Оно рассказывало о натурализации сирийских беженцев, интеграции в турецкое общество и их важной роли в развитии турецкой экономики.

Турция также использовала аргумент о положении беженцев для оправдания своих нападений и оккупации сирийских земель (как это произошло в Африне). Утверждалось, что главная цель - обеспечить возвращение беженцев в свои дома. Однако, это не вязалось с тем, что турецкое правительство наладило процесс демографических изменений путем привлечения связанных с ним наемников и их семей и расселения их в оккупированных районах вместо коренных жителей.

По поводу целей Турции, Кассарджан сказал следующее: «Самая очевидная из ее целей - использовать данный предлог для политического и военного вмешательства. Это подтверждается и заявлениями Ахмеда Давутоглу, который первым сообщил, что цифра в 100 000 человек является рубежом для турецкого правительства. Оно обязательно вмешается, когда количество беженцев достигнет 100 000, потом речь шла о 200 000, а затем о 500 000. К счастью, международные обстоятельства и союзы, созданные сирийским правительством, не позволили Турции войти открыто в Сирию, но главная цель остается прежней. Турки хотят использовать этот предлог, чтобы оставаться крупным игроком в сирийском кризисе. Той же политики они придерживаются сегодня и в Афганистане».

Использование сирийских ресурсов.

Специалист по Турции указал, что эксплуатация беженцев проходила в несколько этапов: «Эксплуатация была осуществлена в нескольких формах, в зависимости от этапов развития конфликта. Сначала беженцы были поводом для вмешательства в сирийский кризис, чтобы Турция смогла стать частью этого конфликта и ключевым игроком в нем».

Он добавил: «Позже эксплуатация осуществлялась за счет тех денег, которые сирийские беженцы увозили с собой в Турцию. В конце концов, не все беженцы являются жителями лагерей и выходцами из очень бедных или совсем обездоленных слоев общества. В Турции лишь очень небольшой процент беженцев проживает в лагерях, а остальные находятся в пределах турецких городов. Это означает, что они, по крайней мере, обладают какими-то денежными суммами, независимо от того, насколько те велики или малы. Некоторые сирийцы даже переместили свои фабрики, мастерские и другие производства в Турцию».

Кассарджан продолжил: «Торговцы ушли вместе с очень большим капиталом, что также подтверждается отчетом, опубликованным газетой Sabah в 2012 году, в котором говорилось о перемещении денежных масс на сумму около 200 тысяч долларов в день из Сирии в Турцию прямо на ослах. Это происходило в Идлибе. Таким образом, за последние три месяца 2012 года, как говорилось в статье, ежедневно в Турцию поступало 200 тысяч долларов, и это само по себе дает нам представление об огромном размере финансовой выгоды».

Закабаление сирийцев.

Кассарджан отметил следующее: «Турецкие капиталисты и владельцы крупных компаний и заводов извлекали выгоду из бедственного положения сирийских беженцев, используя их в качестве молодой и бесплатной рабочей силы. Они нанимают их на очень тяжелую работу с заработной платой, которая составляет максимум одну треть от зарплаты турецкого работника за аналогичную работу, не говоря уж о лишении права таких рабочих на медицинское и социальное страхование. Это было для турецких богачей очень выгодно и способствовало накоплению ими больших денежных сумм за счет эксплуатации дешевой рабочей силы, особенно в области промышленности».

Использование проблемы беженцев для изменения демографии сирийских регионов.

Кассарджан также отметил: «Турция начала извлекать для себя выгоду, спровоцировав демографические изменения и изменив структуру населения в приграничных районах, особенно в регионе от Африна до Сарекании, который на данный момент полностью оккупирован Турцией».

В 2019 году глава турецкого оккупационного государства Реджеп Тайип Эрдоган признал, что его страна начала работу по расселению одного миллиона человек в городах Тель-Абьяд и Сарекании после проведения оккупационных мероприятий и вынужденного ухода коренных жителей.

Эрдоган неоднократно шантажировал Запад, требуя от него материальной и политической поддержки операций по переселению. В противном случае он угрожал открыть границы для беженцев в Европу.

Беженцы, использованные в качестве наемников.

Кассарджан заявил: «Последним примером эксплуатации является вербовка беженцев в качестве наемников и их участие в войнах, к которым турки не имеют никакого отношения ни в идеологическим, ни в религиозным, ни в интеллектуальном плане. Скорее, это войны лишь из-за денег. Примером таких войн являются боевые действия в Армении, Азербайджане и Ливии. Не исключено, что они будут вовлечены и в любые будущие конфликты в Афганистане. Не стоит забывать и об эксплуатации Европы для получения от нее солидных сумм денег. Это также возможно благодаря педалированию темы беженцев».

Взамен создания лагерей беженцев в регионах Бакура (Северного Курдистана) Анкара получила в общей сложности более четырех миллионов человек в свое распоряжение и миллиарды долларов финансирования.

Эрдоган продолжает разыгрывать карту сирийских беженцев и угрожает открыть для них границы с Европой, чтобы те хлынули волной туда, как это произошло в 2015 году. Тем самым, он оказывает давление на Европейский Союз, чтобы добиться для себя большей материальной и политической выгоды.

По официальным данным, только около 145 000 из 3,6 миллиона сирийских беженцев в Турции живут в лагерях, а подавляющее большинство из них разбросаны по стране и работают в различных сферах.

Европейская комиссия заявила, что к декабрю 2020 года она выплатила Турции большую часть согласованной помощи в размере шести миллиардов евро в обмен на размещение беженцев в соответствии с соглашением, подписанным между Анкарой и Брюсселем по поводу мигрантов в 2016 году. Необходимым условием было то, что эти суммы выплачиваются сторонам, которые финансируют проекты помощи беженцам в Турции, а не напрямую турецкому правительству.

Однако турецкое правительство не обнародовало, как полученные средства были потрачены на помощь перемещенным сирийцам. Многие исследования показали, что Турция использовала эти средства для начала своих оккупационных атак на сирийской территории.

Случаи насилия и дискриминации, в которых замешано правительство Эрдогана.

Одним из наиболее ярких примеров растущей враждебности к сирийским беженцам и двойных стандартов со стороны правительства Эрдогана можно считать заявление мэра Болу, города на северо-западе страны. Он объявил о готовящемся предложении в городской совет, согласно которому будет наложен десятикратный сбор за воду для иностранцев и иммигрантов.

11 августа состоялись дискриминационные нападения, направленные против тысяч сирийцев, проживающих в районе «Алтын-Даг» в столице Турции Анкаре.

Нападения были направлены на магазины и дома сирийцев в вышеупомянутом районе, а также на их автомобили. В  результате один сирийский ребенок был ранен.

По этому поводу Кассарджан сказал следующее: «Дискриминация, которой сирийцы подвергаются сегодня в Турции, связана с политическими играми, в которых задействованы беженцы. Для турок это всегда не был гуманитарный вопрос, с первого дня он был политическим».

Он добавил: «Поэтому данная гуманитарная проблема используется политиками Турции (как властью, так и оппозицией). Она помогает скрыть экономический кризис, от которого страдают простые турки, а также политические проблемы и проблемы в других сферах. Сирийские беженцы стали своего рода громоотводом. Следовательно, была бурная реакция, направленная на них, а оппозиция и провластные силы использовали эту тему как во внутренней, так и во внешней политике. Поэтому следует ожидать, что уровень дискриминации будет расти ежедневно и достигнет больших высот, а недавние события в Анкаре станут обыденностью».

Помимо событий в районе «Алтын Даг» в Анкаре, в ходе которых имущество сирийцев подверглось разрушению и сожжению были зафиксированы и случаи скандирования лозунгов, призывающих к изгнанию сирийцев из страны перед началом матчей на спортивных стадионах. Все эти инциденты являются далеко не первыми и единственными случаями, когда сирийские беженцы подверглись нападению турок.

Президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган не упускает возможности призвать к борьбе с расизмом и ненавистью к беженцам в европейских странах. Однако, точно такие же преступления случаются внутри Турции, а правительство во главе с Партией справедливости и развития вступило в сговор с преступниками и хранит молчание об их нарушениях.

Трудности на пути возвращения беженцев, особенно тех, кто обладает капиталом.

По поводу вопроса о возвращении беженцев, Кассарджан заявил: «Это сложная проблема, решение которой зависит от многих факторов и самих беженцев, которые не всегда хотят вернуться в Сирию. Есть несколько проблем, которые могут препятствовать возвращению. Первая проблема, о которой я узнал, когда разговаривал с сирийскими друзьями, которые находятся в Турции, заключается в том, что многие дети родились уже в Турции и даже не знают арабский язык. Поэтому они, даже если они являются сирийцы по национальности, являются турками по образу жизни, характеру и обычаям, и их трудно убедить вернуться в Сирию».

Он добавил: «Вторая проблема касается торговцев, которые открыли в Турции свои предприятия, компании и фабрики. Капиталу нужна стабильность. Также стоит отметить, что многие боятся мести из-за причастности некоторых сирийских беженцев к преступлениям и террористическим актам».

Эксперт продолжил: «Также многие сирийские беженцы, являющиеся владельцами капитала, получили ссуды в сирийских банках, а затем укрылись в Турции под прикрытием статуса сирийского диссидента. Следовательно, их возвращение вынудит их вернуть деньги, а они этого естественно не хотят».

Касарджан завершил свое выступление следующими словами: «Существует много препятствий, которые затрудняют процесс возвращения. По крайней мере, те, кто не сталкивается с вышеперечисленными трудностями, на мой взгляд, если еще окончательно не хотят вернуться, то серьезно подумывают о возможности возвращения и условиях, при которых это можно сделать».

А.Г.

ANHA