Тюрьмы турецких оккупантов: Истории зверств и человеческой боли

Последнее время до нас из оккупированного кантона Африн доходят многочисленные истории, полные боли и страданий. Это происходит на фоне того, что ни одна сторона, способная сегодня остановить поток преступлений, совершаемых турецкими оккупантами и их наёмниками в целях изменения демографической карты региона, не делает этого. Одна из таких историй рассказана членом Сил Внутренней Безопасности (СВБ), Абдо Омаром. Он стал участником событий, которые берут начало во время нападения боевиков, связанных с турецкими оккупантами, на микрорайон Аль-Махмудия в городе Африне 14 марта 2018 года. Тогда он был похищен ими и дальше - прошёл весь страшный путь заключённого турецкой тюрьмы.

Сначала Омар поведал, как получилось, что боевики похитили его. Он вместе с другими товарищами присоединился к Эпохальному Сопротивлению, организованному тогда населением Африна. "Бой уже перешёл на рукопашный. В ход шли камни, ружейные  приклады, палки и т.д.. Оставалось мало до гибели сопротивляющихся…"

"14 марта, когда я побежал домой, чтобы с семьёй покинуть микрорайон, будучи уже около дома, группа боевиков преградила мне дорогу автоматными очередями. Я попытался скрыться знакомыми мне улочками, но ничего не вышло. Более 20-ти вооружённых боевиков окружили  меня. Я понял, что это конец. Бандиты избивали меня, пока я не потерял сознания. А потом они забрали меня с собой…"

Омара вывезли на автомобиле с закреплённым на нём пулемётом. Он был привязан к нему. Так его доставили на базу боевиков. Оттуда он попал в тюрьму, организованную турецкими военными в деревне Кафар Зите.

"В тюрьме меня посадили в одиночную камеру, но вней находились 11 человек. Через полчаса дверь открыл турецких охранник и приказал боевика вытащить меня. В другой комнате меня долго (в течение трёх часов) избивали толстым кабелем."

"После этого боевики принесли карту Африна и потребовали, чтобы я отметил на ней военные точки товарищей. Я сказал, что ничего не знаю. Тогда мною занялись 8 боевиков… Они поливали мои раны водой и снова били… Но я молчал."

Из-за того, что долгое время Омар оставался подвешенным к потолку за руки, его левая рука сильно пострадала. Тем более, что позже была неправильно вправлена и кое-как лечена.

"Люди гибли от голода и ран…"

Омар отказался отвечать на вопросы своих истязателей, поэтому его переправляют в тюрьму Аль-Раи. Там он попадает в камеру, где находятся более тысячи 200 заключённых. Его пытались заставить говорить, угрожая страшными пытками и смертью.

Омар рассказал, что очень многие люди умерли, не выдержав ужасных истязаний, не имея медицинской помощи и находясь в ужасающих условиях, в которых человек не может существовать. Он вспоминает человека по имени Хисо.

Он умер от ран, в которых завелись черви…

Как вспоминает Омар, Хисо был членом Отрядов Народной Самообороны (YPG), а потому подвергался самым ужасным истязаниям. Его грудь была изрезана лезвиями. Из-за страшных пыток он постоянно находился в полузабытьи. Боевики заставляли его спать в туалете, из-за чего в ранах несчастного завелись черви. Через три дня мучений он умер.

Голодная смерть…

На глазах Омара прошла и короткая история Манана из района Мабата. Они сидели в одной камере. Голод мучал людей. Их почти не кормили и не поили. Каждые два-три дня на двоих давали одну лепёшку хлеба… Однажды Манан тихо умер от постоянного недоедания

Через 8 месяцев после похищения Омара отпустили, зная, что теперь он не может принять участия в сопротивлении.

Преступления Турции противоречат женевским договорённостям

Адвокат Мухаммад Джамиль решительно осуждает зверские преступления, творимые оккупантами в их секретных тюрьмах, находящихся на захваченных территориях. Эти тюрьмы принадлежат турецкой оккупационной армии. Он называет эти преступления военными, направленными против человечности. Джамиль настаивает, что они должны быть обнародованы на  международном уровне.

Джамиль понимает, что возможности избавиться от этих тюрем сегодня почти не существует. Истории людей, прошедших через них, подтверждают, что турецкая армия нарушает третий пункт  женевских договорённостей, касающийся защиты прав человека в условиях военного времени.

(km)

ANHA