Сэм Масна: «Над Турцией сгущаются тучи»

В своей статье для газеты Al-Sharq Al-Awsat, озаглавленной «Кемализм ещё не повержен, а Эрдоган ещё не победил», журналист Сэм Масна пишет: «Турция переживает глубокие радикальные преобразования. За относительно короткий срок времени страна прошла через такое большое количество серьёзных перемен, какое редко выпадало на долю других государств. Особенно заметно и интенсивно этот процесс пошёл после того, как Реджеп Тайип Эрдоган со своей Партией Справедливости и Развития (ПСР) пришёл к власти в 2002-2003 годах и начал замыкать на себя все структуры управления в стране».

Автор статьи задаётся вопросом касательно дальнейшей судьбы Турции. В этой связи он пишет: «Неизбежным образом приходится спросить самих себя: куда пришла страна после 15 лет правления ПСР? Что осталось от надежд, которые возлагались тогда многими на приход к власти современных умеренных исламистов посредством избирательных процедур и механизмов, заимствованных у устоявшихся демократий? Ведь тогда часто слышались голоса надежды, что политический ислам станет мостом, своего рода трибуной для диалога мусульманского Востока и глобального Запада, диалога, способного преодолеть закостеневшую риторику, издавна использовавшуюся в контексте отношений между цивилизациями».

Он добавляет: «В действительности, в начале правления ПСР турецкая экономика довольно быстро вступила в этап устойчивого интенсивного роста, продолжавшегося несколько лет. Однако после провалившейся попытки военного переворота, предпринятой в 2016 году, Эрдоган обрушил на страну невиданную ранее кампанию репрессий и преследований. Он сосредоточил в своих руках практически всю полноту власти. Одновременно с этим резко ухудшилась экономическая ситуация в стране:  произошёл обвал курса турецкой лиры, а из страны бежало большое количество инвесторов и высококвалифицированных специалистов. К концу 2017 года Турцию покинуло более 250 тысяч человек, что на 42% превысило аналогичный показатель за предшествовавший год».

Касательно политической ситуации в стране Сэм Масна пишет следующее: «В политике же властные притязания Эрдогана проявились в переходе с поста премьер-министра на пост президента республики, а также в устранении с политической авансцены бывшего президента Абдуллы Гюля и бывшего премьера Ахмета Давутоглу. В эпоху Эрдогана султану ничто не мешает бросить тысячи военных, госслужащих, судей, журналистов, оппозиционеров, активистов и академиков в тюрьмы, вне зависимости от того, есть ли на это хоть какие-то основания».

Всё это, как подчёркивается в статье, не могло не отразиться и на внешней политике Турецкой республики: «Второй чертой режима Эрдогана является отход Анкары от принципа, лежавшего в основе её внешней политики как на региональной, так и на глобальной арене, а именно, от принципа “нуля проблем”, предполагавшего достижение сотрудничества и взаимопонимания со всеми партнёрами. Следствием этого стало вступление Турции в период следования конфронтационному курсу. На данном этапе страна в большей степени, чем когда-либо ранее в своей истории, находится не просто в неблагоприятно настроенном, но в откровенно враждебном окружении. На её рубежах оказались как близкие, так и дальние соперники и конкуренты».

В статье говорится: «У Турции чрезвычайно острые разногласия с целым рядом государств, в первую очередь, с Грецией, отношения с которой усугубляют вопросы пересмотра Лозаннского соглашения 1923 года и предоставления убежища военным-путчистам. Кроме того, весьма непростые отношения у Анкары сложились с Кипром по вопросу нефте- и газодобычи на шельфе и с Израилем в связи с инцидентом с “Флотилией свободы”. Что касается связей с Ираком, то здесь нужно отметить тот факт, что турецкое руководство, опасаясь создания независимого курдского государства, оккупировало часть иракской территории. Несмотря на совпадающие интересы с двумя своими партнёрами,  Россией и Ираном, с ними у Турции имеются существенные разногласия по сирийской проблематике, и ситуация, сложившаяся вокруг боевых действий в Идлибе, является лучшим тому подтверждением. Сотрудничество же Эрдогана с “Братьями-мусульманами” является причиной ухудшения отношений с Египтом, Саудовской Аравией и ОАЭ».

Не лучше обстоят дела и на западном направлении, утверждает Сэм Масна: «Наибольший ущерб режим власти Эрдогана нанёс отношениям Анкары с западными столицами, в первую очередь, с Вашингтоном. Одним из очагов напряжённости здесь стало решение Анкары приобрести зенитно-ракетные комплексы российского производства С-400, что нарушает принципы членства в североатлантическом альянсе и ставит под угрозу военные и технологические секреты её союзников по блоку».

Автор статьи резюмирует: «Так каковы же итоги 15 лет правления Партии Справедливости и Развития? Если речь идёт о внешней политике, то от практики “нуля проблем с соседями” турецкая дипломатия перешла к состоянию, когда она становится источником напряжения буквально на всех направлениях. Внутри страны же власть Эрдогана существенным образом подточила демократические институты и даже структуру самой правящей партии».

В завершение своих рассуждений Сэм Масна пишет: «Основные и наиболее тревожные вопросы можно поставить следующим образом: куда движется Турция? Выйдет ли она из НАТО? Будет ли она оттуда исключена? Сблизится ли она с Ираном, Москвой и Китаем? Или же Эрдоган не сможет справиться с наследием Ататюрка и светской демократии?»

В этой связи он сам замечает: «Над Турцией сгущаются тучи. В обществе происходят глубокие перемены, которые могут привести к серьёзнейшим разрушительным потрясениям, которых следует избежать любой ценой».

Н.К.

ANHA