The Arab News: «ИГИЛ, Джабхат ан-Нусра и Братья-мусульмане – кузница экстремистских идей»

В своей статье для The Arab News Абд-ар-Рахман ар-Рашид пишет: «Хотя кругом и говорят о победе, а у многих обозревателей событий в Сирии на устах слова о завершении противостояния, я считаю, что это лишь временный успех и что появление нового формирования, подобного ИГИЛ - лишь вопрос времени».

Автор статьи отмечает, что ИГИЛ появилось в 2011 году после прекращения существования иракского крыла «Аль-Каиды». По его данным, в Сирии было задержано разными сторонами конфликта около 30 тысяч членов этой структуры. Считается, что всего за время сирийского кризиса к боевикам «халифата» примкнуло около 60000 человек, на что указывают данные полевых командиров, бежавших из подконтрольной ИГИЛ зоны на фоне активизации кампании коалиции прошлым летом.

Статья подчёркивает, что ИГИЛ и «Аль-Каида» - это, прежде всего, идеология, а уничтожить идеологию на фоне хаоса и анархии в регионе представляется очень и очень сложным. Сама «Аль-Каида» появилась в охваченном войной Афганистане. С крушением режима Саддама Хусейна и установления американскими силами слабого марионеточного правительства она стала влиятельным игроком и в этой стране.

Абд-ар-Рахман ар-Рашид напоминает, что в своё время, после кровавых сражений в иракской провинции Аль-Анбар, уже было объявлено на победе над «Аль-Каидой», однако вскоре она вновь появилась на Ближнем Востоке, уже под новым названием и с новой вывеской.

Революция 2011 года в Сирии открыла широкие возможности перед Абу-Бакром аль-Багдади. Он направил в Сирию своим эмиссаром Абу Мухаммада аль-Джулани, однако вскоре он и его соратники откололись от ИГИЛ, создав собственную фракцию – «Джабхат ан-Нусру».

В 2016 году главарь этой фракции решил сменить её название под предлогом необходимости лишить Россию и США повода бомбить города и сёла Идлиба и защитить тем самым местных жителей. В действительности, однако, данный шаг был нацелен на создание широкой коалиции с Турцией и дружественными ей сирийскими оппозиционными группировками.

Так, после объединения «Джабхат ан-Нусры», «Лива-аль-Хакк», «Джейш-ас-Сунна», «Джабхат Ансар-ад-Дин» и «Харакат Нур-ад-Дин аз-Зинки», возникла новая группировка под названием сначала «Джабхат Фатх-аш-Шам», а потом и «Хайят Тахрир аш-Шам».

Автор статьи также добавляет, что «Аль-Каида» ныне действует не только в Сирии: её отделения активны на Индостанском субконтиненте, Аравийском полуострове и в арабском Магрибе, а спящие ячейки рассредоточены по Ираку и другим странам.

Исходя из всего этого, автор заключает, что победа над ИГИЛ - событие ограниченного масштаба. Терроризм является следствием экстремистского мировоззрения, а значит, куда важнее бороться не столько с террором, сколько с экстремизмом.

Абд-ар-Рахман ар-Рашид указывает на пример «Братьев-мусульман», которые продолжают оставаться крупным источником опасных радикальных идей. Вместе с тем, он предупреждает, что у экстремизма нет религии и что наглядным тому примером являются недавние нападения правых террористов на мечети в Новой Зеландии.

Н.К.

ANHA